БССР или Польша: развитие или путь в никуда

День 17 сентября 1939 года навсегда вошёл в историю независимой Беларуси. Это день, когда разделённый на долгие 20 лет белорусский народ смог объединиться в составе Белорусской Советской Социалистической Республики. Белорусскому народу пришлось преодолеть много трудностей, особенно тем, кто жил в Западной Белоруссии, чтобы остаться белорусами, а не стать поляками, как это планировали власти буржуазной Польши.

После окончания советско-польской войны 1919-1920 гг. территория современной Беларуси была разделена на 2 части. Ее западные земли были присоединены к Польше. По условиям Рижского мирного договора от 18 марта 1921 года к Польше отошли Гродненская губерния, Новогрудский повет, часть Слуцкого, Мозырского и Минского поветов Минской губернии, Лидский, Ошмянский, Дисненский поветы  Виленской губернии. За этими территориями закрепилось неофициальное название «Западная Беларусь». Польские власти не признавали этого названия и в официальных документах называли Западную Беларусь «крэсы всходне» – восточные окраины.

Для Польской Республики после подписания Рижского договора важнейшая задача заключалась в прочной интеграции территории Западной Беларуси в свой состав. В первой половине 1920-х гг. эта задача решалась через проведение политики национальной ассимиляции. Один из лидеров польского правого политического лагеря С. Грабский в  этой связи указывал, что белорусский и украинский вопросы в Польше могут быть решены только путем образования на всех землях государства польского национального большинства, т. е. через национальную ассимиляцию. По его мнению, проблем с ассимиляцией возникнуть не должно, поскольку «катастрофа киевского похода показала, что украинского народа не существует… Еще меньше существует белорусский народ». 

Общий уровень развития экономики Западной Беларуси в межвоенный период был низким. Польское правительство рассматривало территорию новых Северо-Восточных воеводств как источник сырья и дешевой рабочей силы, а также в качестве рынка сбыта собственной промышленной продукции. Рабочие страдали от чрезмерной эксплуатации. Продолжительность рабочего дня составляла 10-12 часов, а зарплата была ниже почти в 2 раза зарплаты рабочих центральных районов Польши. Сложная экономическая ситуация, хроническая безработица и малоземелье вынуждали часть населения Западной Беларуси эмигрировать в страны Европы и Америки. На протяжении второй половины 20-х – 30-е гг. выехало около 80 тыс. человек.

Несмотря на VII статью Рижского мирного договора 1921 года, которая гарантировала права национальных меньшинств на развитие национальной культуры, польские власти по отношению к белорусам проводили политику принудительной полонизации и ассимиляции. Закрывались белорусские школы, гимназии, культурно-просветительские учреждения, библиотеки, издательства, не позволялось пользоваться белорусским языком в государственных учреждениях. К 1937 году уже не существовало ни одной белорусской газеты. По состоянию на 1931 год, 43% жителей старше 10 лет были неграмотными.

С такими результатами пришло население Западной Беларуси, в том числе на Кобринщине, к сентябрю 1939 года.

В Кобринском музее хранится уникальный рукописный труд с красноречивым названием  «Непокоренная Кобринщина» (к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции), составленный в 1967 году Игнатием Семеновичем Сидоруком и Прасковьей Семеновной Сидорук из отдельных записей разных лет. Авторы рукописи – члены Коммунистической Партии Западной Белоруссии (КПЗб), активные участники коммунистического движения на Кобринщине. В годы Великой Отечественной войны – участники подпольного и партизанского движения. После войны, в 1964 году, Прасковья Семеновна Сидорук была удостоена высокого звания «Почетный гражданин города Кобрина». Но все это было позже, а в 1930-е годы она вместе с братом Игнатием Семеновичем принимала активное участие в подпольном движении за освобождение Западной Беларуси от Польши, непосредственным участником сентябрьских событий 1939 года на Кобринщине.

Предлагаем вниманию читателей цикл публикаций, основанных на материалах рукописи «Непокоренная Кобринщина» из фондов музея. Чтобы понять, к каким в итоге изменениям привело воссоединение с БССР на Кобринщине, обратимся к этим записям. Из воспоминаний Прасковьи Семеновны Сидорук:

«Для руководства политической и хозяйственной деятельностью Кобринского уезда и города Кобрина 23 сентября 1939 года было создано Временное уездное управление… Везде устанавливался революционный порядок, проявлялась забота по обеспечению нормальной жизни населения. Налаживалась бесперебойная торговля продуктами и товарами первой необходимости. Везде был установлен восьмичасовой рабочий день и ликвидирована безработица. В деревнях были созданы крестьянские комитеты, которые приступили к наделению безземельных и малоземельных крестьян землёй. В их пользование перешло десять тысяч десятин лучшей помещичьей земли. Крестьянские комитеты передали бедняцким хозяйствам помещичий скот и сельхозинвентарь.

Стала налаживаться учёба в школах, упорядочен приём в среднюю школу, доступ в которую при панском господстве был недоступен для детей трудящихся.

В Кобрине начали работать два детских садика и детские ясли. Возобновилась связь и начала выходить районная газета «Труд». Быстрыми темпами пошло строительство Днепровско-Бугского канала. В нём приняло участие около 200 тысяч человек, жителей Брестской области. То, что польские власти рассчитывали сделать за 10 лет, было выполнено за семь месяцев. Весной 1940 года канал вступил в строй.

С большим подъёмом проходили выборы депутатов в Народное Собрание, которое состоялось в конце октября 1939 года в Белостоке. Трудящиеся Кобринщины и на этот раз оказали доверие  участникам революционной борьбы против угнетателей. В числе избранных депутатов была и я. Избиратели наказывали нам, депутатам, чтобы мы голосовали только за советскую власть, за воссоединение Западной Белоруссии с Советским Союзом.

На раскрепощённой земле ключом забила новая, счастливая и радостная жизнь. Но не надолго. С Запада надвигалась коричневая чума…»

В конце можно задать риторический вопрос: так когда же было лучше, по мнению людей, живших в этот непростой период? До сентября 1939 года или после? Думаю, ответ очевиден.

По материалам Кобринского военно-исторического музея им. А.В. Суворова составил научный сотрудник Александр ЧИРУН.