Войной опалённое детство. Елизавета Деменчук

Кобринчанка Елизавета Деменчук разменяла девятый десяток. За её плечами – немалый жизненный опыт, приобретённая с годами житейская мудрость, огромный, длиной в 60 лет, педагогический стаж (ещё в 2020 году этот высококлассный дефектолог работал в ГУО «Средняя школа №2 г. Кобрина»). Её собственная жизнь и биография семьи, в которой она росла, достойны пера лучших авторов. Мы хотим сделать акцент на теме материнства. Сама мать, бабушка 3 внуков и 2 правнуков, Елизавета Антоновна с особой нежностью вспоминает о своей маме, Марии Антоновне Деменчук. Её уже почти полстолетия нет в живых, но воспоминания о самом дорогом человеке согревают до сих пор: Мария Деменчук не только подарила своим детям жизнь при рождении, но и силой своей веры спасла в 1944-м, сумев отвести стволы вражеских автоматов от детских головок.

-Нас у отца с матерью было девять: 7 мальчиков и 2 девочки, – рассказывает Елизавета Антоновна. – Старшему Леониду на начало войны исполнилось 16, Ивану –
13, Валентину – 11, Антону – 9, Георгию – 7, Алексею – 5. Я родилась «при первых Советах», как говорила мама, то есть в 1939 году. В 1942 году появилась Татьяна, в 1944-м – Фёдор. С такой многочисленной семьёй и в мирное время сложно было, а тут война. Только трудолюбие родителей, которые не жалели сил и не боялись никакой работы, спасало семью от голода.

На всю жизнь запомнила Лиза Деменчук вкус мёрзлой картошки из своего военного детства. Приход немцев помешал крестьянам деревни Близная (Пружанский район) до наступления морозов убрать картофель с колхозных полей. Когда земля оттаяла, мама Лизы тайком копала мёрзлые клубни и варила детям суп. Так и продержались до появления первой зелени. С ранней весны и до поздней осени собирали на лугах щавель, в пищу шла и другая трава, среди которой наиболее приятным вкусом отличался так называемый «вотворотень», научное название которого до сих пор остаётся для Елизаветы Антоновны загадкой. Летом выручали ягоды, орехи, грибы, которые приносила детям труженица-мать.

Как-то по деревне прошёл слух, что оккупанты отбирают молодёжь для отправки на принудительные работы в Германию. Леонид и Иван узнали об этом от сына сельского старосты. Иван предложил старшему брату укрыться в лесу, чтоб не попасть под облаву, но Леонид, которому уже исполнилось 18 лет, отверг это решение, так как понимал, что матери без его помощи будет трудно. Так Иван, как и его отец, оказался в партизанах. Леонида же судьба не пощадила, и спустя некоторое время он действительно был отправлен на принудителные работы. Однако конечной точкой маршрута эшелона, следовавшего якобы в Германию, стал концлагерь Освенцим. Выжившие односельчане рассказали после войны, что видели, как фашистские палачи убивали Леонида. Надежда увидеть первенца живым, теплившаяся в душе матери, умерла, оставив незаживающую рану на сердце.

Народные мстители, в числе которых был и Иван, часто появлялись в деревне, не давали возможности фашистам вольготно чувствовать себя на завоёванной земле. Однажды оккупанты нагрянули в деревню целым гарнизоном как раз в тот момент, когда в доме Деменчуков партизаны готовили снаряжение для очередной диверсии. Выдать себя стрельбой – значит подвергнуть опасности деревню. Партизаны спрятали снаряжение в колодце и отступили, не бросив тени подозрения на приютивший их дом.

Желая поддержать скитавшихся по лесам партизан, Мария Антоновна снабжала их хлебом, а относил к назначенному месту свежую выпечку третий сын Валентин. Мальчик, собрав по соседям несколько коров, под видом пастушка гнал их на выпас в сторону леса, где в назначенное время появлялся связной и забирал передачу. Случалось, связной не приходил. Тогда мальчик оставлял нескольких бурёнок в лесу и возвращался в деревню, а ближе к вечеру, делая вид, что ищет потерявшихся коров, снова нёс хлеб на опушку леса.

В 1943 году, когда Красная армия перешла в контрнаступление, фашисты стали особенно лютовать, не жалея мирное население оккупированных территорий. У жителей села отняли всю живность, а соседнюю деревню Байки сожгли. Жители Близной, понимая, что скоро и до них очередь дойдёт, стали рыть ямы-схроны, в которых можно было спрятать вещи и укрыться самим. Вырыли такой схрон и Деменчуки, спрятали туда сундук с тёплой одеждой. В один из визитов немец, обходивший двор, обнаружил тайник. Сундук солдаты вытащили и сразу забрали, а всю семью, включая годовалую Таню, построили на краю ямы, чтобы расстрелять. Немецкий офицер зашёл в дом, осмотрел нехитрые пожитки и уже хотел выходить, но увидел на стене картинку с изображением Серафима Саровского, который кормил хлебом с рук медведя. «Нихт шиссен!», – произнёс офицер, выйдя на улицу, и Лиза слышала, как он несколько раз повторил: «Саровски… Саровски…».

Библейский сюжет, спасший семье жизнь, занимал почётное место на стене ещё долгие годы. Уже после войны первый секретарь Ружанского райкома партии Алаев, часто бывавший в доме председателя Ковальского сельсовета Антона Деменчука, заметил библейский сюжет и удивился тому, что такая прогрессивная семья «находится во власти религиозной догмы». На что Мария Антоновна рассказала гостю, как эта религиозная догма спасла жизни её детей. Затем, указав рукой на другую стену, где сыновья размещали своих кумиров – советских военачальников Будённого, Ворошилова, Рокоссовского, – заметила: «Настанет время, когда и их лики вознесут, как святыни». Больше у властей вопросов к Марии Деменчук не возникало.

Мария Антоновна Деменчук поставила на ноги всё своё многочисленное семейство, все дети получили достойное образование. Иван, Валентин, Георгий, Алексей стали кадровыми военными, Антон – геологом, Татьяна – технологом, Фёдор – связистом. Лизу Мария Антоновна всегда хотела видеть учительницей, считая эту профессию самой почётной и благородной.

– Мама часто рассказывала о том, с каким уважением в царской России относились к педагогам. Так, в наших краях сельская учительница имела в своём распоряжении повара и кучера с лошадью и дилижансом. После занятий объезжала окрестности, разговаривала с крестьянами, выполняя просветительские задачи, – рассказывает Елизавета Антоновна.

Она смогла реализовать мечту матери. После окончания Пинского педагогического училища работала на Столинщине, кроме уроков в школе, обучала грамоте и взрослое население.

– Вся деревня было поделена на десятидворки. За каждой был закреплен учитель, который не только занимался вопросами образования, но и обязательно должен был знакомить односельчан с новостями, правительственными документами, – рассказывает Елизавета Антоновна.

В Кобрин приехала вслед за мужем, который в 60-е был командирован сюда на строительство мебельной фабрики. Работала воспитателем, учителем, инспектором по школам, дефектологом. Сын Александр связал жизнь с вооружёнными силами, внуки – с юриспруденцией.

– Самое главное, что нам сейчас нужно, – это мирное небо над головой. Если бы миром правили матери, то в мире не было бы войн, – убеждена она.

Жанна ЕЛИЗАРОВА
Фото: Жанна ЕЛИЗАРОВА