Кобринчанка Надежда Тур: умеющая создавать вокруг себя красоту

Бисеринка к бисеринке, минута за минутой, час за часом, вечер за вечером – и распускается из нежного бутона чайная роза, и замирает капелька росы на ирисе, оживают алые маки, созревает сладкая клубника, завораживает таинственный взгляд незнакомки. А поры года… Обрамленная в нежные полутона весна с ее поэтическим призывом к обновлению и гармонии… Торжествующее буйством красок лето, предлагающее спрятаться от солнца, выглядывающего из-за кружевных облаков, в белоснежной беседке.

Крадущаяся хитрой лисьей походкой по засыпанным рыжими листьями аллеям парка осень… Но больше всего мне хочется оказаться в укутанном снегом дворике, окунуться в сугроб, а потом согреться в маленьком уютном домике. В этом домике с мерно потрескивающими дровами в печке навеки поселилось детство с его верой в чудо, которое обязательно свершится в рождественскую ночь (а она на картине должна наступить с минуты на минуту), с верой в сказку, где добро всегда побеждает зло.

О том, что моя соседка Надежда Тур – большой эстет, умеющий создать вокруг себя красоту, я знала по ее палисаднику, практически круглый год радующему глаз не только хозяйки. Разве что абсолютно равнодушный ко всему человек не останавливался, чтобы вдохнуть аромат лилий, доносящийся ранним летним утром со двора Надежды, полюбоваться ирисами, которые, кажется, вобрали в себя все краски природы, или насладиться яркими шапками осенних хризантем. Но о том, что творческие фантазии не покидают Надежду практически ни минуту и дома, о ее умении с помощью бисера заставлять трепетать душу, узнала совсем случайно.

Вышиванием бисером Надежда увлеклась три года назад, когда вышла на заслуженный отдых, а желание овладеть этим видом искусства пришло к ней во время работы в Кобринском Дворце культуры.

– Во дворце как-то была организована выставка работ вышивальщиц Кобринщины. Картины меня так вдохновили, что тогда подумала: а могу ли я научиться рукоделию, смогу ли создать что-то подобное? Человек я очень упрямый: если задумала что, обязательно буду идти к своей цели, – рассказывает Надежда, показывая свою первую работу – букет из алых маков.

– Не судите строго. Не могу сказать, что довольна на все сто работой, но ведь это было только начало, – оправдывается Надежда. – Где-то строчка не туда пошла, есть еще кое-какие нюансы.

Своим непрофессиональным взглядом изъянов я никаких не вижу (скорее Надежда очень требовательна к себе), и даже изнаночная сторона полотна, по которой опытные мастера судят хорошую вышивальщицу, идеальная – гладкая, без узелков и незаправленных хвостиков ниток.

– За недели две – три я ее вышила. Конечно, без уроков первых учителей – Галины Соколюк, Екатерины Бельской и др., без помощи и консультации людей, которые знают толк в своем деле, быстро бы все премудрости не освоила, самой бы долго пришлось учиться. Впрочем, я и сейчас учусь, каждый раз, когда сажусь за очередную картину.

Очень помогла мне в овладении бисером соседка Наталья. Она и первые схемы из Украины привозила, чешский бисер. Сейчас я уже и в Кобрине все необходимое для работы покупаю, и в Бресте не могу спокойно пройти мимо магазина, где продаются схемы для вышивки. Остановится взгляд на понравившейся – сразу загораюсь, представляю, каким будет конечный результат работы, не могу дождаться времени, чтобы сесть за работу.

Больше всего Надежда любит уединяться за любимым делом, когда на дворе ненастье, – сердце тогда не рвется к земле, или вечером, когда все дела переделаны.

– За окном дождь барабанит или вьюга бушует, а ты сидишь себе в кресле и вышиваешь. Душой и сердцем погружаешься в работу, переносишься то на цветочную поляну, то в экзотическую Африку (есть у Надежды цикл замечательных картин, объединенных африканскими мотивами) – и такое невероятное чувство охватывает, такая гармония внутри наступает, когда твои идеи воплощаются в реальность. Забываешь обо всех проблемах, отпускаешь тяжелые мысли и словно заново рождаешься.

В моменты особого вдохновения свет в окне горит у Надежды до глубокой ночи:

– Думаешь, ну еще одну бисеринку, еще один лепесток, глянешь – уже светает, а сон не берет, и нитка не отпускает – словно прилипла к пальцам. Глаза, конечно, устают, нельзя им давать сильную нагрузку. Десять лет назад сделала операцию по замене хрусталика.

– На картину, которая считается небольшой по размеру (20 на 40 см), уходит 17 тыс. бисеринок, это если есть фон, а если сюжет весь вышивается, то до 50 тыс. А на эту работу у меня ушло почти килограмм бисера – 97 тыс. штук, – показывает Надежда картину с изображением девушки с лебедями.

Что ни работа – то шедевр. Не к каждой схеме есть ключ – приходится включать все свои творческие способности, что-то менять, дополнять. Здесь и проявляется тонкий вкус рукодельницы. Многие работы уже обрамлены в рамки и ждут времени, чтобы занять свое место на стенах в доме хозяйки или ее знакомых, которым она любит дарить картины, многие пока ждут своего времени. Как считает Надежда, если конфета вкусная, дорогая, то и обертка должна соответствовать начинке. А красивая рамка – вещь недешевая.

Пересматриваю картины и не могу смириться с тем, что наслаждаться этой красотой может не каждый.

– Продавать никогда не продавала и не хочу. Картины для меня – как дети, а какая мать продаст собственного ребенка? Его можно холить, лелеять, им можно любоваться, гордиться. Выставки? Не знаю… Я человек очень ранимый. Был случай, не хочется о нем сейчас вспоминать, после этого мир для меня раскололся на две половины… Люди у нас разные. Есть те, кто и посочувствует, руку помощи протянет, поддержит, не пожалеет теплых слов. А есть, которые так могут ударить по самому больному, что потом долго еще рана не заживает. Не готова я пока открываться чужому человеку. Да и не считаю таким уже шедевром свои работы. Каждый может этому научиться, было бы желание. Я вот вышью еще икону Богородицы «Семистрельная» – говорят, что даже ее копия может использоваться в доме и творить чудеса, и еще пару работ, которые давно ждут своего часа, да, наверное, и поставлю точку, – замечает собеседница.

Я же, глядя на Надежду, на ее искрящиеся глаза, когда она говорит о своем увлечении, не верю, что свет в ее окне не будет гореть до утра.

Елена БАКУН