Авторский проект Натальи Нижник «На перёкрестках памяти» : Над смертью торжествует жизнь.

«Мы должны знать, откуда пришли», — сказал известный историк Александр Даниэль. А ещё раньше древнегреческий философ Платон отметил: «Народ, не знающий или забывший своё прошлое, не имеет будущего». И с ними трудно не согласиться. Каждому из нас дорога память о наших родителях, дедах и прадедах. Есть люди, которые знают историю своего рода до четвертого, а то и десятого колена. Они бережно дорожат памятью о своих предках и свято хранят их фотографии и вещи. Точно так же, как семейная память, святой должна быть и память народная. Для кобринчан — это история нашей родной Кобринщины, ее предприятий и учреждений, ее памятных мест и, конечно же, жителей. Вместе с историками, архивистами и сотрудниками музея я буду знакомить вас, уважаемые читатели, с историей нашей малой родины. Предлагаю вашему вниманию в том числе и «цікавінкі беларускай мовы» — ведь это тоже часть нашей истории. Я буду рада, если темы для путешествий по перекресткам памяти мне будете подсказывать вы, дорогие наши читатели. Жду ваших предложений по телефону 2-26-46 или по электронному адресу knnp73@gmail.com.
Ну а теперь — в добрый путь! В сегодняшнем первом путешествии нас будет сопровождать директор Кобринского районного архива Светлана Кузина.
Наталья НИЖНИК.

Над смертью торжествует жизнь
Послевоенный Кобрин… Вчитываясь в документы периода 1944-1949 гг., пытаюсь представить картину города: разрушенные дома, антисанитария, нет бани, «…во дворах и в самих помещениях грязь», «…в школах нет уборных, дети ходят куда попало», в больнице «…на стенах грязь, грибок», в центре города «…помещение на втором этаже перегружено дровами», жильцы на некоторых улицах «…выливают помои прямо во двор». В лицах людей отражается ужас от происходящего во время оккупации, когда закапывали еще живых людей «…так, что земля дышала».

В тесноте да не в обиде
4-летнее «хозяйничанье» немецко-фашистских захватчиков нанесло нашему городу тяжелые раны: было разрушено 30% жилых и общественных зданий, уничтожены мосты, скверы, древонасаждения, бани, электростанции. К тому же, пожар в 1947 году лишил жителей десятков домов, двух церквей и одного костела.
После освобождения от гитлеровцев Кобрине проживало не более 3000 человек. Списка жителей нет, однако о многих из них известно благодаря различным документам. Например, дела о выдаче свидетельств о праве наследования домов пестрят именами погибших евреев и их чудом выживших потомков: Ефим Кастрилович, Итка Хаимовна, Хайя Хайкелевна, Шлем Израилович, Мотель Беркович…
В послевоенные годы в городе было много инвалидов Великой Отечественной войны, многодетных матерей, переселенцев из Польши, демобилизованных из рядов Красной Армии, малоимущих. И все эти люди хотели жить, работать, строить дома, создавать семьи и просто быть счастливыми.
Нашим землякам пришлось жить в трудных условиях. В городе «процветали» инфекционные заболевания, тиф, дизентерия. В 1946 году из всех предприятий пищевой сети лишь мясокомбинат отмечался госсанинспектором Гихерманом как «…имеющий безупречное санитарное состояние».
По данным статистики 1948 года, обобществленный жилищный фонд, распределенный между пятью домоуправлениями, составлял 413 строений. На одного жителя в то время полагалось не более 6 кв. метров жилой площади, а на практике, как правило, не было и этого. Так, в одном из домов по ул. Первомайской на  площади в 27 кв. м проживали 6 человек, в другом – на площади 10 кв. м – 4 человека. Вся жилая площадь детского дома № 2 по ул. Пионерской в 1948 году составляла 258,9 кв. м, а ютились на ней 133 человека. Детям приходилось спать вдвоем или втроем на одной кровати, некоторые из них не посещали школу из-за нехватки обуви.
Прежде всего — восстановить разрушенное
Главной задачей, стоявшей перед жителями города, было восстановление разрушенного хозяйства. На первом же заседании Кобринского горисполкома 29 августа 1944 года утверждены руководящие кадры города: председателем горисполкома стал Марк Григорьевич Кутнюк, прокурором Кобринского района –Арсений Михайлович Луковкин, заведующим райздравом – Виталий Иванович Бочкарев, заведующим баней – Андрей Селивестрович Осиюк, заведующим гостиницей – Зинаида Степановна Таранко, заведующим асинизационным обозом – Феофан Филиппович Головницкий, директором гортопа – Иван Андреевич Сахарук, директором электростанции – Михаил Степанович Дичковский, заведующим инвертизационно-техническим бюро – Владимир Киприянович Мойсиевич, заведующим убойным пунктом – Алексей Николаевич Куреша.
Должности руководителей предприятий и организаций были ответственными и сложными. На заседаниях горисполкома их обвиняли в срывах выполнения производственных заданий и планов, а сама работа признавалась неудовлетворительной. Выступающие не сдерживались в обвинениях: «…стал на путь антигосударственной деятельности, потерял облик настоящего руководителя». При этом словами «обязать, организовать, провести проверку» начинались решения о выговоре, а иногда и снятии с должности с передачей следственным органам. Только изредка работа оценивалась, как хорошая.
Тем не менее, люди с большим энтузиазмом хотели работать. На имя председателя горисполкома в 1944 году поступали многочисленные заявления. Вот пример одного из них: «Имея горячее желание помочь советской власти в восстановлении разрушенного хозяйства моего родного города, прошу горсовет предоставить мне возможность работать со своим инструментом в любом помещении по вашему указанию. Специальность моя кузнец со стажем около пятнадцати лет. Кроме того, могу выполнять слесарные работы, как по гражданскому, так и по военному строительству». Более грамотные специалисты стремились получить должности секретаря горсовета, канцеляристки, регистратора-письмоводителя, бухгалтера, счетовода, домоуправа, директора гортопа. А некоторые из заявлений даже вызывают улыбку: «Имею честь просить председателя горсовета…», «Вежливо прошу Вас принять меня на работу…», «…прошу не отказать, так как я есть слабого здоровья, на физичных тяжелых работах не могу работать…».
К заявлениям прикладывались автобиографии, из которых теперь мы можем узнать много интересного о судьбах наших земляков. В них виден героизм бойцов Красной Армии и участников партизанского движения. Такие слова, как «…имела связь с партизанами Орловского отряда…», «…связался с партизанским движением и работал с партизанами…», вызывают чувства уважения. Есть и те, кто в годы войны работал в Кобрине: «…при Германии я работал в качестве счетовода в текстильной артели», «…был дворником, подметал улицы», «…в пекарне в качестве пекаря», «…при немецкой власти работал около военных лошадей», «…работала в артели, где вязала свитера…».
На многих из заявлений наложена резолюция «Отказать»: городу требовались люди преимущественно рабочих профессий. Газета «Труд» постоянно публиковала вакансии. Периодически проводились организованные наборы рабочих для той или иной отрасли народного хозяйства СССР. Например, на 3 квартал 1949 года необходимо было набрать 40 человек для лесобумажной и металлургической промышленности.
Под знаменем стахановского движения
Трудящиеся города самоотверженно работали. В 40-е годы уже функционировали такие предприятия, учреждения и организации, как лесозавод райпромкомбината (ул. Пролетарская, 97), машинно-тракторная станция (Влодавское шоссе, 18), мясокомбинат (ул. Спортивная, 44), маслозавод, хлебокомбинат, консервный завод, рынок, Ассанобоз, гортоп, горкомхоз, домоуправление, ЗАГС, зеленхоз, инвентаризационно-техническое бюро, пожарное депо, контора связи, контора «Союзутиль», районная страховая инспекция, поликлиника, больница, вендиспансер, ветлечебница, гостиница, Русская школа № 1, Белорусская средняя школа № 2, Русская школа № 3, школа слуха и речи, детские дома № 1 и № 2, детские ясли, детский сад, дом им. Суворова, дом соцкультуры, кинотеатр «17 Сентября», артели: имени А. В. Суворова (затем мебельная фабрика), «Красный кирпичник» (затем кирпичный завод райпромкомбината, пущен в эксплуатацию в 1946 г.), «Соцтруд» (пл. Свободы, 27, ныне швейная фирма «Лона»), текстильно-трикотажная артель «Красное знамя» (с 1995 г. фирма «Сузор’е»), сапожная «Красный Октябрь», пищевая «Большевик».
В марте 1946 года была пущена временная городская электростанция, городу дан свет. Для очистки Кобрина проводились сандекадники, субботники, в которых принимали участие все организации и учреждения города.
В день торжественного пуска кирпичного завода 25 августа 1946 года директор райпромкомбината Никитенко сказал: «Мы обязаны дать новостройкам высококачественный кирпич и в достаточном количестве. Это наш долг перед Родиной». Были отмечены лучшие строители завода: Нина Климук, И. Ф. Дрозд, Н. Д. Ковалюк и другие. В качестве премии они получили отрез шелка на платье, брюки и др. промышленные товары.
Светлана КУЗИНА,
директор Кобринского районного архива.
Фото из фондов Зонального государственного архива в г. Кобрине.
(Продолжение следует.)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *